Йога — Блог Евгения Воробьева

       ХОЗЯЙКА ЙОГА-ДОМА

Обычно йога-студии открывают маститые практики и известные мастера. Но встречаются люди, которые просто реализуют опыт практики йоги в собственной жизни. И если одной из ее сторон оказывается создание йога-клуба, практика йоги не вступает в противоречие с бизнес-проектом. Об этом рассказ Натали Рудой, построившей в Москве свой ЙогаДОМ.

Натали, с чего началась Ваша практика йоги?

Первым опытом в йоге для меня ста­ло не просто занятие, а интенсив в Египте у Анатолия Зенченко. Совершенно случайно я узнала, что подруга собирается на семинар, и вдруг произнесла: «Давай я поеду с тобой». Тот семинар оказался совсем камерным, всего человек десять. Прорыв в сознании произошел после первого или второго занятия, при том что я вообще не понимала, что говорят и делают эти люди… Зенченко командовал: «Подтяги­ваем пупок к позвоночнику», а я абсолютно не представляла, что должна сделать. И вот

после второго занятия он предлагает: «Стойка на голове — от трех минут», а кому-то: «А вам — девять». Тут я поняла, что происходит нечто запредельное. Даже не пытаясь ничего делать, просто села на коврик — я хотела это видеть. Обычные люди, с которыми я еще сегодня утром вместе завтракала, болтала о пустяках, просто взяли и сделали это. Я была потрясена тем, на что способен человек. И тогда подумала: «Раз они делают, то, наверное, смогу и я». С того момента все начало меняться. На семинаре со­брались люди, которые уже давно занимались, они учились у Сидерского и других известных мастеров, и куда бы я ни пошла, всегда вcтречался человек с какой-то книжкой, или ребята обсуждали вопросы практики. А я, как губка, впитывала новую информацию. Вот такой был первый семинар.

Вернувшись, я, конечно, была полна ре­шимости немедленно приступить к практике. Но прошло ровно три месяца до моего следую­щего занятия. И это был следующий семинар — тоже с Зенченко, в Таиланде, после цунами. Для меня это был потрясающий опыт. Несмотря на то, что я ничего не делала три месяца, но уже кое-что понимала, что-то я уже слышала, и было очень интересно. И вот там я впервые на три секунды встала на голову. Для меня это было открытием: я могу себя поднять, и в этом нет ничего страшного. И если прежде я считала тех, кто это делает, едва ли не сверхлюдьми, то в тот момент поняла: либо я такая же сверхъесте­ственная, либо они такие же, как я. И, значит, все возможно.

А потом я встретила Учителя — Марию Митрофанову. Я занималась индивидуально и делала совершенно нереальные для своей обычной жизни вещи — например, вставала в 6-7 утра. Я буду ей всегда благодарна за то, что она не разочаровалась во мне, не бросила меня. Сегодня я понимаю, как тяжело было работать со мной. Но через какое-то время она предложила мне заниматься в группе, и я от­правилась в Аштанга Йога Центр. Да, это был легендарный зал, «место силы», но в какой-то момент я поняла, что хочется сделать это лучше, комфортнее. На фоне модных сегодня рассужде­ний про УЕР-йогу и т. п. мои слова, наверное, можно понять превратно, но на самом деле мне просто захотелось нормальных человече­ских условий — воздуха, пространства. Надоело плавать на коврике в собственном поту, дышать затхлым подвальным воздухом.

Почему ЙогаДОМ? Как возникла идея студии-дома?

Изначально не было такой концепции. Те, кто сегодня открывают студии, центры, на­верное, сразу продумывают все детали, а здесь все случилось очень неожиданно. Я ведь хотела просто зал — просторный, светлый, с большими окнами. Когда же начала подыскивать помеще­ние, я поняла, что одна комната — это не очень практично. Надо было подумать про раздевалки, место для встреч, гардероб — идея стала разрас­таться. При этом она не просто увеличивалась в масштабе, она выстраивалась.

Подходящее помещение нашлось в центре — бывший книжный магазин. Я все здесь переде­лала, построила заново, постоянно осознавая:

я хочу здесь быть, я хочу здесь встречаться с людьми, которые имеют такие же интересы, которым это тоже дорого.

Название «ЙогаДОМ» появилось уже после того, как закончился ремонт. Студия открылась три года назад. И когда я вложила в ее создание столько души, энергии, желания, это место действительно стало домом. К тому же все свое время, с утра до ночи, я проводила здесь. Вот так и появился ЙогаДОМ.

Но вместе с тем это дизайнерское поме­щение — здесь продуманные цвета, плавные волнообразные линии, практически нет острых углов.

Дизайнер практически читал мои мысли, которые я просто не могла выразить, — это был такой полет души… Я занималась буквально каждым сантиметром пространства. К при­меру, история с досками для отделки санузла. Мы отыскали заброшенный сарай в далекой де­ревне, за 200 км от Москвы. Разобрали его, вы­везли, чтобы сделать то, что вы видите сейчас. Понятно, что если спокойно сесть и все просчи­тать, эта затея выглядела бы чистым безумием. Возможно, сегодня я стала более реалистичной, но тогда мы горели идеей, стремились к иде­альному воплощению мечты, и это чувствуется в атмосфере места. Да, определенного плана не было, но студия стала продолжением моего внутреннего мира. Мои действия были есте­ственным результатом практики, каких-то перемен внутри меня, перемен, которых мне хотелось. Хотелось, чтобы у нас был комплекс­ный, интегральный центр. Чтобы люди могли и позаниматься, и поговорить, и пообедать, и почитать. Те трансформации, которые пере­живала я сама, мне хотелось помочь осуще­ствитьIIдругим. ЕслиИМнужноII ОНИ К ЭТОМу готовы.

Как Вы отбираете инструкторов для рабо­ты здесь?

У нас есть ведущий преподаватель — Ма­рия Митрофанова, мы вместе с ней отбираем инструкторов. Мы не требуем сертификата. Все начинается с общения — и сразу становится понятно, наш человек или не наш. «Наш» пре­подаватель — тот, для кого практика йоги — его путь, его выбор, он не зарабатывает на жизнь йогой, он ею живет, а заодно иногда преподает. Порой приходят ребята с отличной подготов­кой, закончившие йога-курсы, но я понимаю: сейчас он отработает здесь, потом помчится куда-то еще, и еще, но сам он не в практике, глу­бины в его занятиях нет. У нас нет «звездных» инструкторов, они простые скромные люди, не любят общаться с журналистами, не посеща­ют публичные мероприятия…

А как Вы работаете с остальным персона­лом?

Изначально у нас не было никакого бизнес- плана, только огромное желание и вера в то, что все получится. Сотрудники подбирались такие же — единомышленники. Год мы так жили, наивно и семейно. Работали на износ.

И я никогда не забуду ни о ком, даже о тех, кто уже ушел отсюда. Но в какой-то момент я осо­знала, что люди хотят получать зарплату, раз­виваться в карьере, надо было платить аренду. А денег не хватало. Мне казалось, что если про­сто работать, все появится само собой. Но ока­залось, что все не так просто. Как я переживала, когда первый сотрудник уволился! Неделю ходила сама не своя, все думала, где я была не права, что сделала неправильно. Пережив этот опыт, я поняла, что люди приходят реали­зовать собственную жизненную задачу. Потом они, естественно, уходят. И пелена наивности рассеялась… У нас по-прежнему замечательные люди, но теперь я понимаю, что мне в работ­нике недостаточно желания заниматься йогой и аюрведой, он должен быть коммуникабель­ным, должен хотеть и уметь продавать наши услуги. Мы здесь очень дружно живем. Многие наши сотрудники перемещаются по должно­стям: работают в кафе, потом менеджерами, консультантами, потом вновь в кафе. Им не хо­чется уходить, а нам не хочется их терять.

Вы чувствуете себя хозяйкой в этом «доме»?

Первые два года — нет. Мне было очень неудобно, неловко. Я ведь, в принципе, интро- вертный человек. Но я поняла, что ЙогаДОМ важен для моего развития — я наблюдаю свои состояния, возможности, привязанности. И невольно работаю над ними. Сейчас я гораздо лучше понимаю, что могу привнести как руко­водитель: я хорошо лажу с коллективом, умею мотивировать своих людей. А первые два года я вообще не знала, кто я такая. Представляла, как стану преподавать йогу… А потом подумала: «Надо ли мне это?» Это ведь еще один шаблон: якобы владелица йога-студии должна быть препо­давателем. Мне бы, наверное, хотелось препо­давать, но не йогу. Возможно, это стоило бы назвать «философией жизни». Я поняла, что мне не нужно себя «улучшать»: все необходимые ка­чества во мне существуют изначально, ни к чему создавать новые. Не могу сказать, что каждый день я меняюсь, но каждый день что-то со мной происходит. У меня много жизненного опыта, и хотелось бы поделиться своими личными пере­живаниями с другими женщинами.

Как практика йоги повлияла на вашу жизнь?

Практика сделала меня мягче, убрала кате­горичность, точнее — открыла глаза на то, что такое категоричность. Я была очень замкнутой, закрытой. Категорично решала сама для себя — вот с этим человеком буду общаться, а с этим — нет. И так во всем. Я быяа для себя собственным миром. Все удачи, достижения в жизни дава­лись мне невероятным напряжением, усилием. У меня был своеобразный девиз: у меня нет удачи, мне не везет, — значит, я всего должна добиваться.

Сегодня я понимаю, что такие установки у меня от мамы. Они сформированы опреде­ленной жизненной ситуацией. Когда мне было семь лет, семья эмигрировала в Америку. В тех трудных условиях всего надо было добиваться. Но сейчас я поняла, что такие установки необя­зательны: и если что-то не получается, можно временно «отпустить» ситуацию, и мир не рух­нет. Когда-то я мучила, терзала свое тело, зани­маясь интенсивными практиками. Да, сегодня я, наверное, не так стройна, как в те годы, но я при­нимаю себя, я себя больше не убиваю за это.

Сейчас я занимаюсь 2-3 раза в неделю, по настроению. Мне интересно бывать на се­минарах известных преподавателей. Но я все время спрашиваю себя — а не буду ли я из-за этого вновь стремиться стать «супер-мега йогиней», вот я сейчас сделаю еще пару за­мысловатых асан и стану вот этакая… Я знаю, что для меня важнее сейчас не интенсивность, а регулярность. И могла бы посоветовать это очень многим. Порой, глядя на молодых энер­гичных новичков, я настораживаюсь, но потом понимаю: пройдет время, и они тоже поймут главное.

С йогой я стала другой матерью. Я стала в меньшей степени перфекционисткой по отно­шению к детям. Ведь идеальная мать, которой я стремилась быть, должна иметь идеальных детей, идеального мужа, идеальный дом, а для этого нужно много работать. Но это мой харак­тер, и вовсе не значит, что мои дети должны быть такими же.

История ЙогаДОМа отчасти демонстрирует мое личное развитие. Первый год здесь я себя практически уничтожала: круглосуточно рабо­тала и в результате впала в жуткую депрессию, не спала, не ела. Потому что хотела сделать хорошо для всех, а меня вообще не было. Но потом я взяла себя в руки и навела порядок внутри. Сказала себе: «Это называется йогой, но это не йога». С тех пор я сбавила темп, уме­рила требования к себе. И увидела новую сторо­ну йоги и себя. Поняла принцип «не занимайся йогой, а живи ею». Йога — это твоя жизнь, и она у тебя такая или иная. И я начала задавать себя вопросы — а какая у меня йога?

Помню, что после первого семинара мне не хотелось ехать домой, я очень трезво оценивала это состояние; предложи мне кто- нибудь не возвращаться, и я согласилась бы. У меня была совершенно нормальная семья, нормальный дом. Но мне отчего-то хотелось сбежать — куда угодно, лишь бы не возвращать­ся в тот жуткий мир, в мою беспросветную жизнь. И в таком состоянии я пребывала еще пару лет — какой ерундой я занимаюсь, какие- то дети, какой-то муж, жизнь проходит, а туг… и где же я сама? В тот период я поняла людей, которые оставляют социум. Прежде я считала их не то чтобы ненормальными, но травми­рованными, неспособными жить нормальной жизнью. А тут вдруг я их поняла. И меня терза­ло желание убежать куда-то туда. Потому что там меня ждет нечто более мощное, интерес­ное. Все эти беседы я вела сама с собой, внутри: я анализировала — может, у меня неудачный брак, или я чем-то недовольна. И если я готова бросить детей, мужа и идти в какие-то горы, которых никогда прежде не видела, может, это — мое?

Сейчас я вижу, что это был некий жизнен­ный тупик. Мне потребовалось время, чтобы осознать, что жизнь — здесь, что она — пре­красна, и я начала находить свои задачи в этой жизни. И поняла, что никуда в горы я не собира­юсь убегать, что мужа я не собираюсь бросать, что собственная практика и бизнес в йоге — это разные вещи.

Так все-таки бизнес и йога совместимы?

Не могу сказать, что это легко совмещать, но благодаря обретенной осознанности я могу посмотреть со стороны на собственную жизнь и увидеть какие-то параллели. Когда-то, живя в другой стране, я вела большой бизнес, зараба­тывала деньги, была истинной карьеристкой. Потом жизнь полностью изменилась — я стала домохозяйкой, мамой, и это был очень долгий период, целых десять лет. И я говорила себе: «О, как я изменилась, я теперь совсем другая, той бизнес-леди больше нет». И вот сейчас я та же бизнес-леди, только в отрасли йоги. Но я этого совершенно не хотела — хотела просто зани­маться йогой и делиться своим опытом. Сна­чала, поняв, что вернулась к той карьеристке, которая все время думает о бизнесе и доходах, я жутко расстроилась — ах, я ничему не научи­лась, опять пришла к тому же. Практика мне на­помнила — а с чего ты взяла, что это было плохо?

Я живу здесь и сейчас — занимаюсь йогой, руковожу своим клубом и делаю это искренне, и хочу, чтобы люди, приходящие сюда, узна­вали йогу. Узнавали, что йога — это не страш­ная секта, и не жестокое насилие над телом. Три года назад, когда мы открывались, одним из часто задаваемых вопросов был: «А вы секта такая, да?» Сегодня уже бабушки с внучками на детских площадках обсуждают, не занять­ся ли им йогой.

Я такая, какая есть — сильная, вольная, властная, с характером, с ярким выраженным мнением. Но с огромной любовью внутри меня. И я хочу этой любовью делиться с людьми, которые меня окружают, и я могу это делать. Я поняла, что именно этого мне не хватало.

Даже если родить еще 10 детей и сидеть дома — все равно не хватает.

Не могу сказать, что я безоглядно люблю каждого посетителя, но есть возможность по­говорить со многими, расспросить, и я себя реализую в этом. И почемуя не могу быть бизнес-леди? Хотя вроде бы неприлично… Йога и бизнес плохо совмещаются… Но таков мой путь сейчас. С тех пор, как я перестала рассма­тривать это как отрицательный момент, мне стало интересно: могу ли я остаться йогини, че­ловеком, быть такой же любвеобильной — и при этом договариваться о коммерчески выгодных для себя условиях?

Существует ли, по Вашему мнению, спе­циальная «женская» йога?

Мое американское воспитание сыграло все-таки важную роль. Сегодня я могу сказать о себе: я — самодостаточная женщина. Да, у меня есть муж, семья, прочное финансовое по­ложение, поддержка. Но я знаю, что даже если завтра всего этого лишусь, я все равно выживу. Вот этого осознания я не наблюдаю сейчас в России среди молодых женщин, и меня это беспокоит. Я вижу вокруг девчонок, которые в 27 лет считают, что им «ничего не светит». Они все привязаны к идее замужества. А мне хочется воскликнуть: «Да что он-то изменит в тебе, что он-то сделает?» Хочется, чтобы эти женщины поверили в себя, окрепли как-то. Если всерьез говорить о женской практике — мне ка­жется, женщинам нужно просто повысить соб-

 «Я живу здесь и сейчас — занимаюсь йогой, руковожу своим клубом и делаю это искренне»

ственную самооценку, полюбить себя, потому что они прекрасны. Мне хотелось бы препода­вать именно это женщинам здесь, в ЙогаДоме… Понимаю, это, скорее, из разряда психологиче­ских тренингов, не совсем наш профиль, но так хочется им помочь… У них столько страхов, что это заметно даже в их практике на коврике.

Еще мне хочется, чтобы йогой занимались женщины после 45-50 лет. Они серьезнее, от­ветственнее и остаются в практике надолго. Ведь у них все те же потребности: как сохра­нить активность, молодость, физическое здоро­вье. А главное переживание у женщин любого возраста — это обретение психо-ментально- эмоционального равновесия и его гармониза­ция. Одним словом, баланс всех противоречий, которые могут собраться в тонком и чутком создании… женщина. Я — одна из них.

Комментирование закрыто.